Ленинский районный суд Нижнего Тагила разобрался в сложном гражданском деле, в центре которого оказались родители погибшего военнослужащего. Они подали иск с просьбой лишить супругу их сына прав на денежные выплаты и компенсации, которые положены членам семей военнослужащих, а также признать их брак фиктивным. Подробности по данному делу можно найти в источнике Между Строк.

Согласно материалам дела, рядовой А. пропал без вести 20 сентября 2025 года, выполняя боевые задачи в рамках специальной военной операции. После его гибели родители начали выяснять, что кроме них на получение всех возможных выплат (страховых сумм, единовременных пособий и ежемесячных компенсаций) претендует его супруга, с которой они никогда не считали себя связаными. Как пояснили истцы, брак был зарегистрирован в 2019 году, когда их сын отбывал наказание в местах лишения свободы. Они утверждают, что заключение брака было формальным — его целью было получение длительных свиданий в колонии.

После освобождения рядового в 2020 году, по словам родителей и свидетелей, он начал жить с другой женщиной. С ней он вел совместное хозяйство, снимал квартиру и активно участвовал в воспитании её детей. Родители погибшего утверждали, что он неоднократно говорил о намерении развестись с ответчицей.

На судебном заседании сама ответчица не отрицала, что её брак с военнослужащим не сопровождался совместным ведением хозяйства, у них не было общего бюджета, и супруг её материально не поддерживал. Она подтвердила, что после его освобождения они виделись всего несколько раз, и эти встречи не обходились без ссор. Тем не менее, ответчица настаивала на сохранении за ней прав как за «женой».

Суд, изучив все представленные материалы дела, включая переписку в мессенджерах, показания свидетелей, а также документы из колонии и органов ЗАГС, пришел к выводу, что фактические семейные отношения между супругами прекратились задолго до гибели военнослужащего.

Суд отметил, что наличие штампа в паспорте не является равнозначным наличию семьи. В соответствии с семейным законодательством и нормами, касающимися поддержки военнослужащих, выплаты предназначены для компенсации моральных и материальных потерь близким людям, которые действительно были связаны узами взаимопомощи, любви и поддержки. В данном случае таких отношений между ответчицей и погибшим не существовало.

В итоге суд частично удовлетворил требования истцов, лишив ответчицу права на получение всех мер социальной поддержки, которые положены членам семьи военнослужащего, включая страховые выплаты, единовременные пособия, ежемесячные компенсации и другие выплаты, установленные федеральными законами и указами президента РФ. Однако суд отказал в удовлетворении требования о признании брака недействительным, так как оспаривать брак по мотиву его фиктивности вправе только сами супруги или прокурор. Родители не обладают таким правом.

Решение суда пока не вступило в законную силу и может быть обжаловано.